Слава столицы нефтяного города неслась по всему свету. Баку, умножая свои богатства, был похож на американский город. Население достигло 50 тысяч жителей. Город рос, богател и менял свой облик...

В 1882 году Бакинским губернатором стал генерал-майор барон Юстин Казимир Гюбишь фон Гроссталь, вице- губернатором д.с.с Иос.Августович Бениславсий. Городским головой оставался С.И.Деспот-Зенович. При губернаторском правлении работают немцы - Лев Эрнестович Крамер, Людвиг Васильевич Трейтман, Ф. Вэльке. Прокурором при окружном суде служит Карл Людвигович Леммерман, Орест Ф. де Монфор, брат которого Ф.Ф.де Монфор начальствует в Джеватском уезде. Шемахинский уезд возглавляет Эдуард Карл фон Биллер.

В 1881 году на должность губернского инженера был приглашен немец лютеранского вероисповедания Николай Августович фон дер Нонне, чье имя, благодаря работам архитектора Фатуллаева, сегодня известно многим. Он родился в Петербургской губернии. Его отец Август Эрнст фон дер Ноне был из иностранных дворян, воспитывался в частном заведении. С 1814 года на военной службе. Был унтер–офицером в Финляндском егерском полку, а с 1827 года - прапорщик Невского пехотного полка. В 1838 году принял русскую присягу и служил на Кавказе. Его сыновья и Николай (1836-1908?), Михаил (1838-1919) и Федор (?) также избрали военную карьеру.

Николай получил образование в 1-м Петербургском корпусе, в 1855 году поступил офицером в 6-й саперный батальон, в 1856 году перевелся на службу на Кавказ, где занимал разные должности по инженерной части в Кавказской армии. В 1869 году он был причислен к главному управлению Наместника на Кавказе и работал при окружном штабе по военному ведомству. В 1877 году получил звание полковника. С 1879 по 1881 год он работает в строительно-дорожном комитете, в Управлении шоссейных дорог Тифлиса, заведующим дорогой Тифлис-Телави. В 1882 году он перешел на должность бакинского губернского инженера строительного отдела, а с августа 1883 по 1884 год был бакинским городским инженером. Николай был женат на Марии Павловне - уроженке Тифлиса. У них была дочь Мария, которая была замужем за генерал-лейтенантом Чикалиным.

Брат Михаил с 1867 года служил губернским инженером Эриванской губернии. Его жена Софья Николаевна заведовала там учебным заведением. У них был сын Николай, в 1901 году проживал в Москве.

Младший брат, флиг-адьютант подполковник Федор служил в Кавказском армейском корпусе, в 15-том Тифлисском полку и был командиром Кавказской учебной роты, а с 1894 года - командиром полка.

В прекрасной книге "Империя Нобелей" шведская журналистка Брита Осбринк приводит воспоминания об этом времени финна Густава Тернудда, главного управляющего бакинского отделения "Товарищества Бр.Нобель". За короткое время пребывания в Баку он сформулировал свой главный вывод "С помощью денег можно разрешить большинство проблем. Неподкупны только клопы". Не доставила ему радости и встреча с другими "домашними животными". "Больше всего донимают мухи, а их здесь мириады - хуже, чем в каком-нибудь финском хлеву!" Встреча с тараканами заставила Густава тут же разработать свой способ борьбы - "утром, когда комнаты убраны и камины погашены, нужно налить в миску нефти (лучше всего нобелевской) и как следует намазать ими полы. Потом закрыть окна и двери и удалиться. По возвращении ты застаешь тараканов, прилипших к полу длинными задними ногами. В таком положении ты и оставляешь их подыхать или же приканчиваешь молотком. Средство верное, благодаря этому я избавлен от бессонных ночей".

По рассказам Густава, в городе "все помешаны на добыче нефти. Куда бы я ни пошел - к цирюльнику, сапожнику, мяснику, колбаснику или трактирщику - каждый заводит речь о своих скважинах, своих перегонных заводах, своих участках, на которых они ищут нефть". Баку притягивает к себе все народности, при этом "все держатся за свою нацию, и похоже, даже гордятся ею, благодарят Бога, что он позволил им родиться среди того народа, к коему они принадлежат, будь-то армяне, татары (азербайджанцы), персы, грузины, черкесы, чеченцы, лезгины, осетины, имеретины, туркмены, арабы, текинцы, турки, греки, русские, итальянцы, французы, румыны, всевозможные немцы, евреи, англичане, американцы, швейцарцы, датчане, шведы или финны. Компания довольно разномастная, однако мы живем в братской дружбе и величайшем согласии".

"Дороги здесь отвратительные. Все товары переносит целая армия мужчин и мальчишек. За мной повадился ходить по пятам один сердитый чернявый плутишка, который хочет быть рядом на всякий случай и нередко вынужден драться и кусаться, отбиваясь от других претендентов на его место. Я плачу щедрее местных: они обычно дают три копейки, а я – пять. Пресной воды нет. Все жители Баку и его окрестностей пьют воду из кувшинов, доставляемых ослами. Буйволов используют как тягловую скотину, а лошадиный век тут короток - от пропитанной нефтью земли у них портятся копыта. Верблюд - караван пустыни. Обычно он украшен пестрым покрывалом, цветами, перьями и множеством колокольчиков, иногда едва ли не колоколами. Верблюд держится очень важно, словно несет на плечах своих судьбу мира. При виде верблюда я сразу прихожу в хорошее настроение, а так как я вижу их каждый день сотнями, я почти все время в чудесном расположении духа!".

Несмотря на его оптимизм и юмор, ясно, что условия жизни в Баку для приезжих людей были крайне тяжелыми. Акклиматизацию проходили трудно, особенно лето, которое воспринималось северянами, как тропическая жара. Малярия, тиф и легочные болезни уносили много людей. Людвиг Нобель, который после окончательного отъезда в 1881 году Роберта, полностью принял руководство бакинским делом, понял, что уроженцам северных стран следует создать более-менее комфортные бытовые условия.

19 мая 1882 на 10гектарах бесплодной земли, взятой в аренду на 49 лет у Общества казенных крестьян селения Кишлы, Людвигом Нобелем была заложена "Villa Petrolea". В этот же день бывшему "хозяину" была отправлена телеграмма: "Цвет нефтепромышленности, собравшийся на закладку нового поселка для служащих, шлет Роберту Нобелю, который заложил основы Товарищества, свой нижайший и сердечнейший поклон! Дорпат, Тальгрен, Карасев, Нобель".

10 августа 1882 года Тернудд в письме родным описывает поселок Петролеа и прикладывает его чертеж: "парк и дома расположены в очаровательной долине, с южной стороны которой возвышаются две горы, живописно спускающиеся к морю. Мы возводим поселок для примерно ста служащих компании. Все дома расположены на одном склоне, так чтобы из каждого окна, обращенного на восток или на юг, было видно море - иногда поверх домов, иногда между ними. Все здания сооружаются в византийском стиле из белого, тонко обработанного песчаника, некоторые будут в один, другие в два этажа, а вокруг раскинутся сады и парки. С южной и восточной сторон - на первом, так и на втором этажах, дома окаймлены изящными просторными верандами. Пресную воду ежедневно доставляют с Волги, заливают в резервуар, откуда она по трубам поступает в кухни, ванные комнаты, к фонтанам и брандспойтам. Там будет гостиная, кегельбан, хозяйственный блок с ваннами, баней, прачечной, помещением для катания белья и гладильней. Есть даже клуб, в котором размещается ресторан, музыкальный и бальный залы, бильярдная и библиотека с читальней. Погреб до отказа набит льдом с Волги и этот ледник стал для нас всех истинным спасением. Впоследствии будут построены оранжерея, конюшня, сараи для экипажей, птичий двор, пруды для уток, коровник и свинарник. С завода к домам подведен газ для приготовления еды и отопления комнат. Освещение и на заводе, и в поселке уже частично электрическое. Телефонная линия тоже есть. Но от нее нужно сделать отводы к каждому из подразделений и в конторы - городскую и в Балаханах. Чуть было не забыл - мы устанавливаем очень дорогое оборудование, чтобы посредством сжатого воздуха снижать температуру в комнатах "Виллы Петролеа" до 15-20 градусов, то есть нормальной температуры, к которой мы, северяне, привычны. Мы строим отличную казарму для нашей охраны - 40 человек отборных петербургских гвардейцев, все хорошо вооружены, а часть к тому же на конях. Разве это не похоже на сказку из "Тысячи и одной ночи"? Тем не менее, это правда и подтверждает, что Людвиг Нобель не пожалел трудов и средств, для того, чтобы сделать Баку как можно приятнее для нас, скандинавов".

Что значила для Людвига Нобеля построенная им вилла, мы узнаем из его письма от октября 1894 года своей 18-летней дочери Анне в Петербург. Необходимо отметить, что из четырех братьев семьи Нобель, дети были только у старшего Роберта (четверо) и у Людвига (десять). Эмиль погиб молодым, а Альфред остался одиноким.

Людвиг был женат дважды. Первый раз он женился на двоюродной сестре Вильгельмине, которая родила ему троих детей - Эммануэля (1859), Карла (1862) - и дочь Анну (1866). После смерти в 1869 году жены он женился на Эдле Коллин, которая родила ему семь детей - Мину (1873), Людвига -Луллу (1874), Ингрид (1879), Марту(1881), Рольфа (1882), Эмиля (1885) и Йосту (1886). Кроме того, было еще четверо детей, которые умерли. Двое из них похоронены в Санкт-Петербурге на Смоленском кладбище.

Мы приводим полностью перевод со шведского этого письма, которое любезно предоставил внук Карла Нобель – Тюден Карл, после своего посещения Баку в качестве почетного гостя на праздновании в марте 1999 года столетия нашей Евангелическо-Лютеранской церкви Спасителя.

"Моя дражайшая Анна! Ты так добра, постоянно думая о своем старом отце и посылая ему полные любви письма, приносящие мне так много радости, что сейчас мне хочется выразить тебе огромную благодарность. У меня, как всегда, нет времени писать, но в мыслях я часто с Вами. Я не испытываю недостатка в работе или в разнообразном времяпрепровождении. У меня действительно достаточно собеседников и, все-таки, я часто думаю о вас, мои дорогие дети. Если я выезжаю куда-нибудь на экскурсию, чтобы посмотреть что-либо интересное (а в подобных вещах здесь недостатка нет) или же, если я взбираюсь на высокую гору, с которой любуюсь панорамой, или же, если мне доставляет удовольствие прекрасная погода, мое сердце тихо говорит мне: "как жаль, что здесь нет мамы и моих дорогих детей". И я могу долго-долго стоять, смотреть, наслаждаясь видом, но все же мой внутренний взгляд сосредоточен на вас.

Иногда Карл (сын) или Яльмар (сын Роберта) спрашивают, о чем я так напряженно думаю. Конечно, они полагают, что я строю планы относительно новых паровых котлов или того, что имеет отношение к керосину, или о новом пароходе. Естественно, я не могу сказать им, что мои мысли находятся далеко от Баку, от всех этих насущных вопросов и что они остаются с моими дорогими детьми. Мы продолжаем деловые обсуждения на какое-то время, до тех пор, пока воспоминания о всех вас снова не всплывут на поверхность и не произведут приятной перемены в моем сознании.

Сейчас было бы в порядке вещей для меня сказать тебе и всем остальным детям обо всем том, что является здесь восхитительным, но изобилие интересного настолько огромно, что я не знаю, что предпочесть написать в том ограниченном пространстве, которое может предложить письмо.

Часто! Да, вы можете подумать, что очень часто я все-таки говорю о Баку. Баку является главной темой обсуждения и разговоров между нами здесь. Вы, вероятно знаете, что здесь часто бывает очень жарко и что песчаные бури очень неприятны. В промежутке между этими бурями воздух наполнятся толстыми клубами дыма и неприятными парами нефти. Но я полагаю, что нельзя не упомянуть другие части года - это осень и весна, когда погода изумительно прекрасна и есть места, где не испытываешь досады от дыма и или зловонного запаха паров, где воздух всегда чист и свеж. Одним из таких мест является территория, где я распорядился создать небольшое поселение, которому я дал название "Villa Petrolea" и где проживает большое число наших служащих. Там я живу с Карлом и Яльмаром, в доме, предназначенным для главного управляющего. Поскольку дом большой и г-н Тернудд – один, без семьи, у нас достаточно много места. В других домах живут несколько семей и множество холостяков. Вы знаете некоторых из них - Рюдена, Романа, Хеелерстрема, Ламберта.

В одном из больших домов находиться клуб, где более или менее каждый из колонии собирается по вечерам в среду и субботу, чтобы сыграть на музыкальных инструментах, потанцевать или поиграть в бильярд.

У одного работника возникла великолепная идея создать маленький оркестр, который уже добился в значительной степени виртуозности. Оркестр состоит из 15 человек, играющих на различных духовых инструментах. Дирижер и педагог является искусным музыкантом, в течение многих лет руководивший военно-морским музыкальным корпусом (Франц Карлович Эстеррейх). За год наш ансамбль добился такого большого прогресса, что их часто просят давать концерты на благотворительных вечерах. Газеты называют его "нобелевским оркестром". Конечно, меня как-то пригласили на концерт в клуб. Было организовано торжество в мою честь. Они начали с марша "Бьернеборг", поставили меня на стул и затем несли высоко на руках вокруг большого зала, пока играли марш. После этого за меня подняли бокалы, были провозглашены тосты, выступления с речами, в которых меняя благодарили за создание приятной жизни своим служащим. Все это дало мне ощущение большого счастья, особенно если учесть множество трудностей, через которые пришлось пройти, прежде, чем все устроить. Сейчас, когда я вижу, что все это оказалось успешным и что служащие проводят время хорошо и с пользой для здоровья и что они отмечают, что я сделал это из доброты, я чувствую такое удовлетворение в своем сердце, что это большая награда за мои труды.

Клуб и оркестр оказывают благоприятное влияние на общую атмосферу в нашей колонии. Все с радостью собираются здесь и таким образом избегают дурного общества, в котором иначе можно легко оказаться, если стремиться искать развлечения где-то на стороне. Многие из молодых людей подумывают о женитьбе, но, к сожалению, жилья все еще недостаточно. А у нас нет средств для строительства домов каждому. Особенно до тех пор, как они стали проявлять признаки притязательных видов на будущее.

Я заложил наш поселок в надежде, что мы будем окружены зеленью но, увы! Из-за недостатка воды мои надежды не сбылись. К сожалению, это не удалось из-за отсутствия воды. Смогли лишь разбить цветочные клумбы и небольшой огород. Летом земля сухая и выжженная солнцем. В это время дождя не бывает. Зато осенью, зимой и весной дожди идут часто. Все вокруг чудесно зеленеет, а воздух наполнен чудесным ароматом. Прошлой ночью прошел первый дождь, который мы ждали давно с нетерпением. Это очень благоприятно повлияло на астры и левкои и другие цветы, которые гордо подняли свои пышные соцветия. Надеюсь, в следующем году мы сумеем лучше запастись водой и тогда, с Божьей помощью, моя мечта о зеленной "Villa Petrolea", маленьком рае в Баку станет реальностью.

Вид на синее море, горы и просторную гавань из "Villa Petrolea" очень красив. Она также не кажется пустынной, так как постоянно проезжают экипажи и проходят лошади. Бумага уже заполнена моим большим письмом и все же я сказал немного. Примите, пожалуйста, теплый привет из Баку от Вашего любящего отца. Людвиг".

15 октября 1882 года Людвиг сделал свой известный доклад "О положении нефтяной промышленности" и во всеуслышание заявил "Я не отступлю перед борьбой с американской конкуренцией и не уроню чести русской нефтяной промышленности!". И он сдержал это слово. Хорошо бы, если бы и сейчас хоть один иностранец так патриотично отнесся к чести азербайджанской нефти!

Его любимой поговоркой было библейское изречение: "Кто не хочет трудиться, тот пусть и не ест!" Я не могу удержаться и не привести еще одну цитату из его выступления: "Я уже более 20 лет стараюсь приложить к своим предприятиям теорию: сделать каждого человека, который работает вместе со мной, участником в достижении результата, чтобы тот, кто делит со мной мои труды, имел бы право делить со мной мои барыши".

В ноябре 1882 года в Баку прибыл старший сын Людвига - Эммануэль. Это был исключительно милый, доброжелательный, порядочный и серьезный молодой человек 23 лет от роду, которому, по Воле Божьей, было уготовано стать следующим главой фирмы. По мнению Тернудда "по части головы Создатель одарил его менее, чем отца, не наделил в должной степени людвиговской энергичностью и настойчивостью. Благодаря железной воле и огромному авторитету отца все здесь ходят по струнке, но как только, паче чаяния, его не станет, каждый из окружения Эммануэля начнет блюсти свои интересы - в ущерб общему делу. На плечи бедняги Эммануэля падут безмерный труд и безмерная ответственность".

Несмотря на то, что Вилла была построена для служащих товарищества. Она сыграла значительную роль в жизни города, в том числе лютеранского общества, которое настойчиво продолжало попытки получить участок для своих нужд. Так, 2 мая 1881 года Президент Евангелическо-Лютеранского прихода Лев Дебур в новом прошении просит уже 700 кв.саженей. 15 мая 1881 года Городская дума удовлетворила это прошение, постановила отвести место возле Карантина (ул. Ази Асланова) и обязала приход представить план молитвенного дома и училища на одобрение. Уточнить место поручалось технику управы Ф.Лемкулю, землемеру Лезензевичу, гласным Гаджи Дадашеву и Николаю Филиппову.

4 июня 1881 года Дума вынесла приговор относительно бесплатного отвода городского земельного участка. В октябре 1881 г. Бакинский городской голова, действительный статский советник Деспот-Зенович пригласил милостивого государя Президента Евангелическо-лютеранского прихода Л.Дебура "для выработки комбинации к исполнению уже сообщенного приговора Думы, относительно бесплатного отвода городского земельного участка". В этом же году в Баку была основана лютеранская церковная одно классная школа немецко-шведского прихода.

В 1883 году в Бакинском уезде уже было 3917 лютеран, но вопрос о выделении земли все не решался. 7 марта 1883 года техник управы Лемкуль представил план земли, отведенной в Карантине (ул. Карантинная - Азии Асланова), в квадрате между Прачечной (Гоголя), Гимназической (Толстого), Азиатской (А.Гулиева) и Красноводской (С.Вургуна) Лютеранскому обществу. Но уже 15 марта бакинский житель Мамед Салим Микаил-оглы подал в управу прошение о том, что этот участок принадлежит ему и незаконно передан Бакинскому лютеранскому обществу. И начинается новый виток волокиты. Чувствуя нереальность решения управы, 17 ноября 1883 года президент Дебур пишет новое прошение, в котором указывает: "Город Баку растет все больше и больше. Лютеранский приход день ото дня увеличивается численностью. Устройство молитвенного дома в г. Баку и при нем школы, где могли бы обучаться грамоте дети лютеран, является теперь неотвратимой необходимостью. Отведенное комиссией место на Карантине крайне тесно и во всех отношениях не может соответствовать своему назначению. Имею честь ходатайствовать перед Думой об отводе участка против городского Михайловского сада, который Дума ранее предложила отвести под губернаторский дом, так как это место и ранее назначалось под постройку молитвенного дома для лютеран".

Главным событием 1883 года стало открытие Закавказской железной дороги - в ночь с 8 на 9 мая из Тифлиса в Баку пошел первый пассажирский поезд. Еще в 1878 году, после присоединения Батума к России промышленник, купец 1 гильдии Сергей Егорович Палашковский (сын бывшего уездного бакинского начальника) добился концессии на строительство железной магистрали Батум-Баку, которая позволила бы осуществлять перевозку нефти к Черному морю. Компаньоном Палашковского и подрядчиком в 1882 году стал тифлисский купец 1 гильдии, н. с., инженер–строитель, племянник министра финансов - Андрей Андреевич Бунге. Они и стали первыми строителями Баку-Тифлисской железной дороги.

Политики и общественные деятели, врачи и юристы, лингвисты и естествоиспытатели, носящие эту короткую и звучную фамилию "Бунге", были выдающимися личностями Российской империи. Достаточно хорошо известна эта фамилия в Киеве, где в 1750 году фармацевт и ученый Георг Бунге основал первую аптеку и лютеранскую общину. Позже, по инициативе семейства Бунге, была построена Евангелическо-лютеранская церковь Св.Екатерины, прихожанами которой с 1903 года стали мои предки по материнской линии - Клейншмидты и Фелляуэры.

С 1880 года по приглашению Императора Александра II министром финансов стал немец Николай Христианович Бунге. Великий реформатор (чьи идеи позже использовали другие министры финансов - Сергей Витте и Петр Столыпин), большое значение уделял проблеме развитию железных дороги. Он мотивировал это необходимостью увеличения экспорта различных промышленных и сельскохозяйственных товаров, а также необходимостью освоения природных богатств Сибири и Дальнего Востока. Из-за отсутствия денег в казне, большинство железных дорог строилось приватным образом. Но по инициативе Н.Бунге, государство постепенно стало выкупать магистрали у частных собственников и к концу 90-х годов уже две трети находились в государственной власти.

Строительство железной дороги, соединяющей Каспийское море с Черным, стало альтернативой нобелевскому маршруту Баку-Астрахань-Волга и преследовало цель экспорта сырой нефти в другие страны мира. Дело шло медленно. Цены на нефть падали и разразившийся финансовый кризис не позволял им ее достроить. Нобели не приветствовали это мероприятие, так как считали, что нужно экспортировать только продукты переработки нефти (керосин) и строили нефтепроводы и железную дорогу для транспортировки сырой нефти на нефтеперерабатывающие заводы России. По этой причине Палашковский не решился обращаться к ним, а из предпринимателей среднего уровня достатка никто не захотел им помочь. Ему пришлось обратиться к парижской ветви семьи Ротшильд, которые инвестировали строительство железных дорог по всему миру. Ротшильды быстро оценили ситуацию. Такая дорога открывала возможность экспорта нефти и создавала конкуренцию американской компании "Стандарт Ойл", руководимой Джоном Рокфеллером, которая господствовала на европейском рынке.

Так в Баку появилась фамилия "Ротшильд", которая состоит из двух немецких слов: "rot"- "красный" и "schild"- "вывеска". Такая красная вывеска висела над бедным домиком скромной еврейской семьи Мейера во Франкфурте на Майне, куда она переселились в середине 18 века.

История этой семьи тесно связана с Германией. Это была глубоко верующая семья, в которой исправно молились, никто никогда не ел кошерной пищи и не работал в шаббат. Среди детей выделялся шестилетний Амшель. В отличие от своих братьев, он летом не играл во дворах, а сновал по окрестным лавчонкам и продавал торговцам холодную воду. Родители старались из сообразительного мальчика сделать раввина и отправили его учиться в город близ Франкфурта. Но из-за смерти родителей ему пришлось бросить учебу и перейти на работу в местный банк.

В то время евреев привычно презирали. Их считали инородным телом в однородной массе многих стран, включая и Россию, где даже долгие годы существовал "ценз оседлости". Строительство синагог вообще было запрещено. И только в 1768 году король Пруссии Фридрих II разрешил строительство одной синагоги в городе Тильзите Гумбиненского округа, но официальное признание она получила в 1818 году. В 1840 году король Фридрих Вильгельм IV признал права еврейской общины.

Слабые евреи не выдерживали этого, но Амшель оказался сильнее и… завоевал мир. Оружием его стали бухгалтерские книги и железная хватка. В конце 18 века он открыл лавку менялы - это был первый банк Ротшильдов. Умение делать деньги на том, что валяется под ногами, осталось с Мейером на всю его жизнь.

Богатейшему германскому принцу ландграфу Вильгельму Ханнау-Гессенскому как раз понадобился ловкий финансист, и он пригласил Мейера. Вскоре принц по рекомендации Мейера стал одалживать деньги половине королевских семей Европы и дела его шли успешно. Улучшилось финансовое положение и Амшеля. Вскоре он женился на 17-летней Гутелль Шнаппер, которая родила ему 5 девочек и 5 мальчиков, вырастила их и дожила до 96 лет. Первый, Амшель родился в 1773 году, Соломон в 1774, Натан в 1777, Карл в 1788 и последний Джеймс (Якоб) в 1792 году. У Мейера была перспектива остаться третьестепенным подручным германского князька и закончить свою карьеру финансиста-пройдохи в тюрьме, а то и на виселице. Но перекраивание карты мира после войны с Наполеоном в 1812 году помогло ему и он выжал из этого события все, что мог. Князь Вильгельм бежал. Мейер полностью взял на себя переговоры о возвращении долгов, хорошо усвоив при этом, что долговая расписка может быть пострашнее приставленного к виску пистолета. Взяв с ландграфа хорошие комиссионные, Мейер отправил своих сыновей во все концы света, чтобы они по долговым распискам собрали все долги принца. Став вскоре богатым человеком, он во Франкфурте образовал торговый дом "Ротшильд и сыновья". Постепенно центр переместился в Париж, где семейное дело представлял Джеймс, а после его смерти в 1868 году - его сын барон Альфонс(1827-1905). Альфонс получил подданство Франции и в 1855 году стал управляющим банка, который и выделил деньги на завершение строительства железной дороги в Баку. "Забыв" об участии Ротшильдов на стороне англичан в Крымской войне 1871 года и, невзирая на закон от 1882 года, запрещающий евреям владеть или арендовать землю в той или иной форме, правительство Российской Империи дало разрешение на получение инвестиций от Парижского банка "Бр.Ротшильдов" в размере 10 миллионов рублей В обмен на это, Альфонс получил право на льготное владение нефтяными предприятиями.

В 1883 году С.Е.Палашковский начал заграничную торговлю керосином через Черное и Средиземное моря в Европу. Не имея собственных заводов и промыслов, он вначале скупал его у местных заводчиков. Затем, учрежденное им "Батумское нефтепромышленное и торговое общество", устроило свои заводы и нефтяные участки.

Эта железная дорога открыла путь российской нефти на запад, положив начало жестокой и долгой (около 30 лет) борьбе за мировые нефтяные рынки. Можно без преувеличения сказать, что эта борьба продолжается до сих пор.

Нобели и Ротшильды стали не только конкурентами. У них, прежде всего, была разная позиция по отношению к бакинской нефти. Нобели стремились к одной цели - вытеснить с рынка России американский керосин. С этой целью 16 декабря 1883 года состоялось открытие русско-немецкого общества "Deutsch-Russische-Naphta import-Gesеllschaft zu Berlin", которое должно было заниматься покупкой и продажей нефтяных продуктов (керосина) Т-ва братьев Нобель из России за границу. Это было новое и важное дело.

Баку продолжает привлекать к себе торговцев. Немцы-колонисты Еленендорфа, братья Форер, занимающиеся виноделием, уже вполне освоились в Баку. В городе появились винные магазины и других уже известных немцев-колонистов из Акционерного общества Бр.Гуммель. Их контора на долгие годы стала пунктом продажи билетов на духовные концерты и благотворительные вечера, которые проводила лютеранская община.

В 1883 году по поручении "московского купца владельца "Товарищества Никольской мануфактуры Саввы Морозова, сына и К", Тимофея Саввовича в Закавказье с целью изучения состояния торговли Тифлис, Эривань, Баку и Константинополь посетил торговец А.Макаров. Увиденное его обескуражило. В своем отчете он пишет: "Общий вывод, к которому я пришел внимательно вглядываясь в настоящее положение Закавказья, заключается в глубоком убеждении, что этот богатейший по своим естественным богатствам край поставлен в чрезвычайно невыгодные экономические условия, вследствие того, что вся промышленность края эксплуатируется армянами, захватившими в свои руки всю торговлю и стремящимися в настоящее время присвоить себе и политику в крае, стараясь занимать там административные посты, а между тем едва ли можно рассчитывать, чтобы они в должной мере служили русским национальным интересам".

Изучив ситуацию в Баку, Макаров пишет: "Составляя ядро городского населения, и имея в руках своих всю торговлю, даже скажу более - всю экономическую судьбу края, армяне ревниво охраняют занятые ими позиции, стараясь по возможности закрепить настоящее положение вещей. Армянин – скупщик для Закавказья, то же, что еврей-шинкарь в западных губерниях. Разница лишь в том, что обобранный шинкарем крестьянин пропивает последнее, а обобранный армянином татарин делается разбойником". Но не смотря на это, Морозовы открыли в Баку свои склады.

Отмечается постепенное развитие театрального дела. Спектакли завоевывают популярность среди местного населения, но постоянного помещения для этого не было. И тогда Г.З.А.Тагиев решил дать Баку "настоящее театральное здание". Для этой цели в 1882 году он поручил Ф.Лемкулю реконструировать крупный амбар. В конце 1883 года театр был построен и там начали проходить спектакли разных театральных трупп. Это был первый городской театр, который за период своего существования неоднократно подвергался реконструкциям, горел и восстанавливался.