16 июля 1870 года царь Александр II подписал и опубликовал Указ о введении городского общественного управления, распорядительным органами которого являлась городская дума, а исполнительным - городская управа. По этой причине, именно этот год – год городской реформы, обозначен на здании Бакинской исполнительной власти (бывшее здание Городской думы), несмотря на то, что оно было построено в начале 20 века.

С семидесятых годов Баку резко меняет свой облик. Город развивается и постепенно становится точкой опоры русского владычества на Кавказе. Исполняется приказ Петра Великого от 1773 года своему генералу Матюшкину: "Идтить к Баке как наишкорше и тщиться оный город с помощью Божьей конечно достать понеже ключ всему нашему делу".

Слух о богатстве Бакинских нефтяных источников быстро распространился по всему миру. И в этот знойный и пыльный город со всех концов хлынул пришлый народ, сбор племен и народов - русские, персы, грузины. Из России в основном ехал рабочий люд - слесари, бондари, плотники, котельщики и мелкие торговцы. Из деревень Ирана - малограмотные неквалифицированные рабочие. Из Западной Европы - предприимчивые, более или менее интеллигентные люди (немцы, финны, поляки, евреи). Турецкие и персидские армяне, активно включившись в нефтяной бизнес, забирали в свои руки нефтяные земли и становились бакинскими крезами. Разбогатевшие на чужих землях, они начали задавать тон жизни в Баку.

Из Астрахани в 1871 году на должность дирижера единственного в городе военного оркестра приехал капельмейстер, скрипач и педагог прусскоподанный лютеранского вероисповедания Франц Карлович Эстеррейх. До этого оркестром руководил немец Мюллер. Стараниями Эстеррейха оркестр был несколько усовершенствован и вскоре в музыкальном мире стал пользоваться заслуженной славой. Кроме этого он организовал первый любительский струнный оркестр. Ему принадлежит заслуга организации и проведения 21 марта 1872 года первого годового оркестрового концерта при Бакинском Благородном собрании, который стал в будущем ежегодным. В мае с концертами выступила немецкая певица Эшенбах, которая привлекла публику и заслужила щедрые рукоплескания. На набережной кипела жизнь. Там по вечерам собирались "джентльмены" со стекляшками и без стекол в глазу. Они передавали друг другу новости и забавляли дам. Дамы же с двухэтажными шиньонами и в платочках, в коротеньких платьях и в парижских туалетах со шлейфами, порхали на новых улицах Баку.

Единственное в городе среднее учебное заведение при Благотворительном обществе Св.Нина стало получать от города помощь в 1500 рублей в год. Священник Фаворский открыл на свои средства маленькую приходскую школу для обучения русской грамоте, но желающих набралось такое количество, что городу пришлось помочь и ему, выделяя 200 рублей в год на пособия.

С марта 1871 года начала издаваться первая городская газета - "Бакинский листок". Ее редактором был учитель бывшего уездного училища, преобразованного в реальную гимназию, немец Цинк. В этом же году в Баку появился русскоподанный православный немец Александр Бенкендорф.

В 1872 году скончался Михаил Петрович Колюбакин. Его похоронили в ограде Николаевского Собора. Памятником управлению губернатора Колюбакина стала усаженная деревьями набережная, получившая название Колюбакинской (с 1879 года – набережная Александра Второго, с 1923 – Губанова, с 1991 года - пр. Нефтяников). В память о его деятельности в Баку была Колюбакинская улица (с 1924 года - Саратовца Ефима, с 1990 - Нигяр Рафибейли) и Колюбакинская площадь (с 1891 года - Царская, с 1923 - сквер им.К.Маркса, с 1925 года - Молотова, с 1991 года - пл.Фонтанов), которая до настоящего времени называется исконным именем "Парапет". В то время площадь представляла собой просто притон, который на долгие годы сохранил печально устойчивую репутацию злачного места. Там не было отбоя от нищих и, как говорят сейчас, от бомжей.

В 1872 году была упразднена должность военного губернатора и введено гражданское управление. Бакинским губернатором 29 мая 1872 года был назначен генерал-лейтенант, д.с.с. Дмитрий Семенович Старосельский. Он родился 15 мая 1832 года в небогатой дворянской семье в Черниговской области. В 18 лет окончил кадетский корпус и получил чин прапорщика. В 1857 году был переведен адьютантом генерал-губернатора барона Врангеля в Кутаиси. В 1860 году в Тифлисе женился на Екатерине Фаддеевне Гурамовой. Вице–губернатором стал немец, с.с. барон Александр Юльевич фон дер Брюггень, правителем канцелярии - коллежский асессор барон Орест Феликс Де-Монфор, секретарем Бакинского уездного управления д.т.советник А.И. фон Варн-Эк. Губернское по поселянским делам присутствие возглавил т.с. И.Л. фон Вихман. В канцелярии губернии служили Василий Христофорович фон Вольфран, Эдуард Карлович Биллер, Франц Васильевич Лизенкевич и др. Начальницей Бакинского женского учебного заведения св.Нины была назначена немка Эмилия Иоанновна Лютер.

В это время нефтеносные земли принадлежали государству и отдавались частным лицам на откуп. Но при таких условиях откупщики не были заинтересованы во вкладывании капитала в нефтяное дело. В феврале 1872 года правительство решило продать все казенные источники нефти частным лицам на 24 года. И здесь начался нефтяной бум, который можно сравнить разве что с "золотой лихорадкой" на Аляске. Покупали и продавали все. На улицах и рынках шли разговоры только о нефти. В нотариальных конторах стояли очереди для оформления договора на куплю -продажу участков земли.

1 апреля 1873 году в Балаханах ударил первый буровой фонтан нефти. Это был беспрерывный дождь жидкого черного золота. Наблюдавшие эту удивительную картину люди, кричали: "Да здравствуют Балаханы! Держись Америка! Пенсильвания теперь у нас!" Возможно, это и было началом продолжающегося до наших дней, соперничества с Америкой. Такие фонтаны были нередкими и обладатели счастливого земельного участка в один день становились миллионерами. Нефть лилась рекой, быстро наживались капиталы, быстро текла жизнь и в несколько недель переживались годы.

Шла интенсивная распродажа нефтеносных участков. В городе платили по 200-300 рублей за кв. сажень земли и сотни тысяч за десятину в промышленном районе. Отсюда крупная биржевая игра с земельными и нефтяными ценностями, промышленное грюндерство, азартные карточные игры и огромные маклерские куртажи, составляющие целое состояние и предмет вожделения даже интеллигенции. Резко менялся облик города. Город украшался красивыми зданиями с затейливым, богатым фасадом и вычурной роскошью внутри. Изменилась и физиономия населения города. На смену небольшой группе флотских, чиновничьих и мелких купеческих семей, пришло многочисленное космополитическое общество, наполнившее все общественные собрания, конторы, гостиницы, рестораны. Со своими привычками и широким аппетитом, они оттеснили на задний план скромных представителей старого Бакинского общества.

В это время со всей очевидностью встал вопрос о цивилизованной добыче нефти, ее переработке, транспортировке и организации сети сбыта. А для этого необходимы были большие деньги и, конечно же, знания. И тогда (как и сейчас) стало ясно, что без крупного капитала не обойтись. А такой капитал был только на Западе, в более развитых капиталистических странах. При этом, вследствие неравномерности развития капитализма, в некоторых странах Европы образовался "избыток" капитала, который не находя там прибыльного применения, естественно, рвался в другие страны.

Первым иностранным капиталом в Баку стал немецкий капитал, представителем которого была шведская семья Нобель. Глава семьи Иммануэль Нобель, уроженец шведского города Евле, впервые попал в Россию в 1837 году и в присутствии великого князя Михаила Павловича провел испытание изобретенной им подводной мины. После этого он получил предложение создать в Санкт-Петербурге предприятие для производства мин. В 1842 году он перевез в столицу Империи свою семью - жену Каролину-Андриетту и сыновей Роберта (1829г.), Людвига (1831г.), Альфреда (1833г.) и Эмиля (1843г.).

Отец Иммануэль, энергичный и предприимчивый человек, занял вскоре сильное и уважаемое положение изобретателя и промышленника. Дети учились в училище при шведской лютеранской церкви Святой Екатерины и первыми их учителями стали пастор церкви Цандт и адьюнкт Гофрен. Семья Нобель исповедовала лютеранство. В этом вероисповедании их привлекала, прежде всего, свобода христианина и личная ответственность перед Богом. Они не были фанатами. Религия в целом имела для них значение только в той части, в какой выражала их взгляды на жизнь, на общество, на любовь к человечеству. Мирская деятельность воспринималась ими как служение Богу. Высшим законом для них, в соответствии с утверждением основоположника этого вероучения Мартина Лютера - был разум.

В своей жизни они были трудолюбивы, прилежны, упорны и предприимчивы. Именно в этих качествах Лютер видел воплощение протестантской веры. Лютер считал, что в жизни нет ничего случайного, ибо путь каждого предопределен Богом. Так случилось и с Нобелями. В 1873 году, благодаря знакомству Альфреда Нобеля с грузинским семейством князей Дадиани, на Кавказе оказался его брат Роберт, белая ворона в семье успешных предпринимателей. Поводом для поездки явился поиск орехового дерева для выделки ружейных прикладов. Добравшись по Волге до Астрахани, он пересел на каспийское судно и по дороге сдружился с капитаном-голландцем Л.Дебуром, который расписал ему прелести этого края. В итоге, Роберт на свой риск и страх купил у Дебура небольшой нефтеносный участок в Баку. На это ушли все "ореховые деньги" - 25 тыс. рублей. Идея включиться в индустрию нефти была поддержана Альфредом и он счел нужным помочь "родственнику-неудачнику". Это был новый поворот в жизни, который вполне согласуется с библейским утверждением: "Пути господни неисповедимы...". Роберт Нобель в 1874 году вернулся в Баку и заложил первый камень грандиозного здания, воздвигнутого позже творчеством его брата Людвига. Он глубоко верил, что бакинскому делу предстоит мировое развитие и блестящее будущее, "так как изобилие нефтяных источников на Апшеронском полуострове неисчерпаемы".

С тех пор Баку стал для семьи Нобель не только местом, где они жили, строили заводы и добывали нефть. Этот город стал их судьбой. Духовным символом их жизни стал Храм огнепоклонников в Сураханах, изображение которого можно обнаружить на всех памятных вещах, связанных с жизнью этой семьи.

Вместе с Робертом Нобелем в Баку приехало много специалистов разных национальностей: шведы, немцы, финны, голландцы, швейцарцы и др. В то время все, кто не мог общаться с жителями на русском языке, кто был для них нем - назывались "немцами". А языком общения в этой среде был немецкий. И он оставался одним из языков, который понимали многие жители Баку вплоть до 1941 года. Манаф Сулейманов в своей увлекательной книге "Дни минувшие" описывает один из аукционов продажи участков нефтяной земли. Когда цена поднялась до максимально возможной - в три тысячи рублей, после невообразимого шума, наступила тишина. "Три тысячи, раз, три тысячи, два..." Вдруг кто-то негромко произнес: "Фьюнф таузенд... Фьюнф таузенд" - толпа замерла. Пять тысяч предложил господин Роберт Нобель на немецком языке, но все это поняли.

Развитие нефтяной промышленности проходило очень бурно, что способствовало активизации населения. В 1873 году был утвержден план дополнительных кварталов части города. Нефтяная горячка вынудила губернатора Старосельского запретить строительство заводов в черте города. По его распоряжению за городом было отведено место, где вскоре было построено около 100 заводов. Из-за копоти, это место получило название "Черный город". На месте ветхих, полуразрушенных лачуг начали появляться новые дома. "Целые кварталы меняют свой прежний скучный вид и принимают новый, праздничный!" - писала издаваемая в Тифлисе газета "Кавказ". За крепостной стеной росло новое предместье - форштадт (нем.- за городом). Работу архитектора Гиппиуса по благоустройству города продолжил архитектор Касым-бек Гаджи Баба- Беков. По утверждению главного знатока истории архитектуры Баку, ученого Ш.С.Фатулаева, Касым-бек осуществил строительство центральной площади форштадта (Парапета). По проекту Мешади Мирзы Кафар Измайлова, в 1868 году Касым-бек построил на углу Парапета большой собственный дом, в котором располагался караван-сарай (ныне кинотеатр "Араз"), а в девятисотые годы – "немецкий магазин готового платья".

Под влиянием обстоятельств изменилась в корне религиозно-нравственная жизнь в городе. Почти все бакинцы были заняты тем, чтобы "зашибить лишнюю копейку". Уже никто безбоязненно, как раньше, не спал с открытыми окнами. Пьянство, воровство, мошенничество и разврат стали обычным явлением в жизни русских рабочих. Появились сотни трактиров, кабаков, портерных, публичных домов и публичных женщин. Некоторые заводчики открыли при заводах шинки и лавки, где систематически спаивались бедные труженики, оставлявшие там свои месячные заработки. Грамотные люди стали читать вместо душеспасительных книг, писанину Лейкина и пошлые лубочные рассказы. Дома стали украшаться картинками легкого содержания.

В эти годы разразилась буря всевозможных сектантских учений. За пропаганду смело взялись молокане, баптисты, пашковцы и скопцы. Баку инкогнито посещали некоторые профессора германских университетов с целью распространения баптизма. Заграничные агенты организовывали склады у армян и нанимали их книгонош для распространения сектантских книг заграничного издания. Были присланы из заграницы певцы, которые под фисгармонию обучали баптистским песнопениям.

К 1874 году число жителей Баку увеличилось до 15 604 человек. 1 января 1874 года было открыто Бакинское реальное училище. Губернатор Старосельский стал инициатором открытия 3 сентября 1874 года женского учебного заведения в Баку и взял на себя все связанные с эти хлопоты. Супруга губернатора и небольшой кружок местной интеллигенции образовали Попечительский совет во главе с Л.М.Дебуром, членами которого стали вице-губернатор фон дер Брюгген, Г.З.А Тагиев, Гаджи Гусейн Кули Сафар-Алиев, Кузьма Федорович Спасский-Автомонов и Иванова Лидия Ивановна. Гимназия расположилась в здании общества Св.Нины, а на должность начальницы гимназии была переведена Э.Лютер. Среди учителей было много немцев - Софья Фельд и др.

Бакинское отделение женского благотворительного о-ва Св.Нины возглавляла по сложившейся традиции жена губернатора Екатерина Фаддеевна Старосельская. Членами совета были избраны барон Де-Монфор, баронесса Александра Александровна фон дер Брюггень, А.А. фон Бурмейстер, Нина Савишна Вихман, Карл Эйхлер, который держал аптеку и был одновременно казначеем в Бакинском благотворительном обществе. Церковное пение и музыку преподавала Мария Яковлевна Россель.

Чтобы распространять в массе здравые понятия по сельскому хозяйству, Старосельский задумал издавать газету «Акинчи» (Пахарь). Редакцию он поручил учителю местного реального училища агроному Гасан беку Меликову (Зардаби). Для этого он специально выписал татарских шрифт. 22 июля 1874 года, благодаря поддержке губернатора Старосельского, вышел первый номер газеты. К сожалению, судьба этой газеты печальна. Она была плохо встречена губернатором, заменившим Старосельского. Он усмотрел в нем какую-то национальную пропаганду и закрыл. Тогда же Меликов с группой учеников мусульманской Бакинской реальной гимназии во главе с Наджаф-беком Везировым организовал первое театральное представление на тюрском языке. Это была комедия Мирзы Фатали Ахундова "Гаджи Кара" из жизни карабахских контрабандистов. Губернатор Старосельский очень активно участвовал в жизни мусульман, убеждал их отказаться от фанатичного обычая резаться кинжалами и бить себя по голове во время праздника "Шахсей-вахсей".

Бакинский полицмейстер регулировал работу легковых извозчиков и установил таксу. Так, поездка из города на Баилов мыс днем стоила 30, в ненастную погоду 40, а ночью 50 копеек. В Черный город это удовольствие обходилось уже в 60 копеек.

В 1875 году разразился тяжелый денежный кризис и возник вопрос об уничтожении акцизных акций. В этом году в Баку появился православный протоирей Александр Васильевич Юницкий, проработавший до тридцатых годов и оставивший о себе добрую славу.

1 января 1876 года, благодаря усилиям Старосельского, появилась газета "Бакинские известия". Он был ее главным редактором. Весь первый номер был составлен и редактирован им при содействии правителя его канцелярии барона Де-Монфор. Это было его родное детище - он заботился о ней и давал темы для статьей.

Весной 1876 года в Баку приехал Людвиг Нобель (1831-1888) и его старший сын Эммануэль (1859-1932) от первого брака с Софией-Вильгельминой (1832-1869). От этого брака был еще один сын Карл (1862-1893) и дочь Анна (1866-1935). Людвиг - инженер и технолог, сразу же почувствовал, какое блестящее будущее ожидает этот город. При этом он хорошо знал российскую реальность и понимал, что дело может быть выгодным только при большом производстве и правильном его ведении. Он заручился благосклонностью Наместника на Кавказе Великого князя Михаила Романова, которому при встрече в Тифлисе рассказал перспективы нефтяной промышленности и начал активную деятельность. В этом же году была официально основана фирма по добыче и переработке нефти "Братья Нобель".

1877 год начался тихо. Не было пока слышно ни о тифе, ни о других болезнях. Принятые ранее по праздникам визиты были заменены передачей пожертвований на различные полезные и благотворительные цели. Это создало более благоприятные условия для различных обществ, в том числе и Бакинского Благотворительного о-ва под председательством Марии Александровны Бенкендорф. Членами совета этого общества были избраны вице-губернатор А.Ю.Брюггень и его супруга баронесса Е.И.Брюггень, жена начальника телеграфной станции и купца I гильдии баронесса Фитингоф, Лев Дебур, Отто Ленц, Н.Ф.Толь и Н.Г.Толь, К.О.Вейзер, Ф.А.Лемкуль, А.М.Мюльбах, С.С.Дальгрен, Ф.Г.Забелин, Е.А.Бенкендорф, М.В и П.С. Тальгрен, А.А.Бурмейстер, А.С.Эсмонт, А.О.Вэльке, Гаджи З.А.Тагиев, князь Накашидзе, Зейтц и другие.

Немец Зейтц держал кондитерскую, которая постоянно была заполнена толпой, любовавшейся выставленными в ее окнах и в лавке сахарными статуями и картинами. Там можно было увидеть Мазепу, привязанного к лошади и окруженного волками, храм, гирлянды цветов, тарелки с фруктами и тысячи разных зоологических фигур, изготовленных в Баку и привезенных из Парижа

Погода вначале года была теплой, но вскоре резко изменилась. В домах стало холодно, топливо (дрова) подорожали и поэтому приборы Отто Ленца для сжигания нефтяных остатков в кухонных и комнатных печах были признаны "очень полезными", а ему лично была выражена "благодарность". Одобрительно оценивая его деятельность, городские власти дали Ленцу пятилетнюю привилегию на усовершенствование отопительных аппаратов паровых котлов жидкими углеводородами.

Никаких увеселительных заведений в Баку в эти годы, кроме цирка Антуанетты Вольф не было, и по этой причине при появлении гастролеров(акробатов, наездников, фокусников) он всегда был переполнен. Публика, в основном, развлекалась благотворительными концертами в помещении Бакинского Благородного собрания. Так, весной в любительском концерте успешно впервые выступил перед бакинцами скрипач Юрий Шефферлинг(будущий друг и помощник молодого Леопольда Ростроповича, отца Ростислава). Его учителя Эстеррейха поздравили с таким милым, многообещающим учеником, исполнившем мягко и приятно скрипичную партию в дуете Бериотта для скрипки и фортепиано. 10 апреля давал концерт сам Эстеррейх с г-жой М.А. Бенкендорф ( рояль). Две пианистки Е.В.Екзард и Е.Ф.Пономарева играли на двух роялях полонез Контского. В Михайловском, бывшем общественном городском саду, организовывались с благотворительной целью различные гуляния с музыкой, фейерверком и флагами. Цена за вход на ротонду сада составляла 1 рубль, в сад - 20 коп. Любые собрания начинались с пения гимна "Боже, Царя Храни!". Но Благородное собрание в эти годы не отвечало своему названию, там творились "безобразия" и поэтому встал вопрос об аренде нового помещения для клуба и увеличения годового взноса до 15 рублей.

Благотворительные концерты были наиболее популярным видом культурной работы. Но для их проведения необходимо было получить разрешение в канцелярии губернатора. К прошению обязательно прикладывалась программа и список лиц, ответственных за сбор денег. Большое количество благотворительных акций вызвало появление и разного рода мошенников, желающих нагреть руки на этом деле. "Бакинские известия" в связи с этим писали: "Каждый здравомыслящий человек или общество имеет право требовать от распорядителей этих акций отчетов о сборе денег с благотворительной целью и их расходовании. В этом нет ничего обидного. Человек, дорожащий своим именем и не желающий, чтобы на него падала тень подозрения, сам пожелает удовлетворить желание публики".

По инициативе Старосельского было принято распоряжение о публичном опубликовании отчетов благотворительных акций с указанием прихода, расхода, чистой прибыли и ее дальнейшего использования. Там же печатались списки всех пожертвователей, независимо от суммы пожертвований, что позволяет нам сегодня узнать имена многих жителей Баку. Большая часть пожертвований шла "в пользу бедных" и на поддержку школ и "недостающих учеников". Хорошо бы восстановить это закон и в наше время. Хозяйками вечеров, как правило, были жены известных людей и чиновников. И в этом состоял весь смысл, так как хороший сбор всегда был гарантирован.

5 марта 1877 года было введено "Новое городское положение". "Учитывая, что город Баку преимущественно татарский, а предначертания законодателя только тогда будут вполне понятны, когда общество получит возможность ознакомится с ним на понятном для каждого языке", бакинский губернатор Старосельский поручил "переводчику при бакинском губернском правлении г. Бахиш-беку Джебраил Бекову сделать перевод, учителю Гасан-беку Меликову его проверить, после чего издать и распространить среди мусульманского населения".

Вскоре была образована милиция из 118 рослых и молодых людей. Для них была введена особая форма: однообразные костюмы, состоящие из черной черкески местного сукна, с погонами малинового цвета, на которых на черном фоне были вырезаны буквы Б.П. (Бакинский полк), черные шаровары с малиновыми лампасами и черная папаха с малиновым верхом. Вооружение их состояло из шашки, кинжала и пистолета. У каждого из них была отменная лошадь. По этому случаю на ротонде Михайловского сада был устроен настоящий праздник. На разостланных вокруг стен коврах расположились пирующие, которым разносили на огромных медных подносах плов и шербет. По отзыву знатоков, плов был приготовлен превосходно. Попеременно оркестр играл военную музыку и туземную. Затем Председатель местного Милли Меджлиса обратился к милиционерам с речью, в которой призвал к гордости за то, что Государь Император принимает их в ряды своих войск. Эта речь была произнесена на татарском языке, но для тех присутствующих, кто не понимал его, был сделан перевод. Затем под звуки зурны были танцы, в которых участвовал и старейший командир, штабс-капитан Искендер-бек Новрузов.

В Баку началось учреждение Общества взаимного Кредита. Известно, что в России ростовщичество обычно осуждалось и считалось нечистым делом, которым занимались обычно еврейские и армянские маклеры. Было их много и в Баку. Так, "Бакинские известия" 5 апреля 1877 года писали о московских армянах-ростовщиках: "Армяне верны своей природе. Им чужды русские нравы и обычаи. Они живут изолированно, пользуясь свободой вероисповедания и правами гражданства, беспрепятственно занимаются своими торговыми делами и в отличие от евреев и татар, имеют для своих детей школьные спецзаведения. Если армяне предвидят барыши, то им все равно с кого их взять – с русского, немца, еврея или татарина". И так во всем и всегда.

В начале 1877 года армяне обратились к Государю Императору Александру 11 и его Наместнику Кавказскому генерал-фельдцейместеру Князю Михаилу с просьбой "защитить своей мощной рукой христианский армянский народ, постоянно угнетаемый магометанами в Турции". И Россия опять из-за армян 24 апреля 1877 году начала русско-турецкую войну, в которой участвовал прежде всего русский народ. Армяне же Баку посылали в адрес Государя Императора Александра II заверения "о выражении своих верноподданнических чувств и готовности принести на алтарь Отечества все жертвы, какие только потребуются для чести и достоинства государства". Зная всю неискренность этой нации, почему-то вспоминается Беня Крик Бабеля, который говорил: "Пойду выпью касторки, чтобы было что принести на твою могилу".

В этой войне все старались оказать помощь. Молокане дали 500 руб. серебром, житель селения Сураханы Мешади-Али Банда-Бала- оглы - 2000 руб., житель Маштагов - Мир Абуталыб Сеид Гаджи-оглы - 1000 руб, столько же пожертвовал и Мешади Дашдамир Мешади Субхан-оглы из Кешлы и др. В Баку с одобрения Великой Княгини Ольги был образован Дамский комитет Общества попечения о больных и раненых в Российско-турецкой войне, председателем которого была избрана Елизавета Андреевна фон Бенкендорф, а членами - баронессы Е.И.фон дер Брюггень и А.А.Де Монфор. Каждый старался по мере своих возможностей оказывать им помощь. Так, Карл Эйхлер пожертвовал кровоостанавливающую вату, а Лев Дебур выделил арендованный им паровой баркас "В.К.Михайль" для еженедельного катания по морю раненых и больных воинов, принимая все расходы на собственный счет. Активно работает существующее уже два года Бакинское отделение Красного Креста, действительными членами которого были Роберт Нобель, Л.Дебур, А.фон Вельке и др.

Все резко подорожало, но армянина Лалаева это не очень тревожило. Он на парапете начал строительство огромного здания, выходящего на четыре улицы - Ольгинская, Врангельская, Милютинская (с 1923 г - Тройкого, с 1929 года - Мясникова, с 1990 – Тарлана Алиярбекова) и Лалаевский пер. (с 1924 года - Кнунянца, с 1991 г - Хуршуд Бану Натаван)

Город быстро рос, хорошел на глазах: "Многие дома щеголяют красивыми фасадами и внешней отделкой персидской работы, не отступая от правил европейской архитектуры, особенно по устройству окон и дверей". Недалеко от парапета расположилась гостиница "Германия". Благодаря работам, скончавшегося в 1874 году архитектора Касым-бек Гаджи Бабабекова, а затем архитектора Гроссети, в городе было проведено много водопроводных фонтанчиков с кранами для разбора воды: в Цициановском саду, на Колюбакинском бульваре и на Воронцовской улице (с 1923 г - М.Азизбекова, с 1991 - генерала Азизбекова). Молоканин Кощеев, проживавший на углу Марьинской и Молоканской улиц устроил фонтан в центре б. Молоканского сада, переименованного в Марьинский (с 1925 г - сад 9 января, с 1991 - сад Хагани). Самым лучшим местом в это время остается Набережная. В крепости рядом с Девичьей башней виден ветхий купол православной военной церкви, а налево - новая стрельчатая восточной архитектуры армяно-григорианская церковь Пресвятой Богородицы.

В Баку работает общество покровительства животным во главе с губернатором г.Позень, квартира которого находилась в доме Апресова, рядом с садом. Позже эта улица была названа Позеновской (с 1929 года - ул. Энгельса, с 1992 - Братьев Джафаровых). Есть общество для оказания помощи при кораблекрушении, членами которого были лейтенант Гурдов, аптекарь Фрезе, г. Лейхман и др. Работает библиотека А.М. Бенкендорфа. Интерес к немецкому языку большой. Так, специально из Одессы приехал С.П.Бурга и предлагает обучение по новой системе. Жители Баку получают около 40 газет и журналов, среди которых -"Нива", "Тифлисский вестник", "Модный свет", "Стрекоза", "Голос", "День", "Русский мир", "Неделя", "Музыкальный свет, "Будильник" и др.

На фоне этого процветает малое воровство и мошенничество. Тяжела жизнь бездомных и часто избиваемых амбалов, которые за 3 коп перетаскивают тяжести. На улицах много укротителей змей, которые обманывают зевак, так как проделывают разные штуки с совершенно безопасными змеями. "Безобразна в нравственном отношении бакинская прислуга. Девочки уже в 13 лет делаются проститутками и зарабатывают деньги. Обычно это дети русских семей, где отец и мать имеют "дурное воспитание". Среди них нет молокан и татар. С годами бессонные ночи и пьянство подрывают их здоровье и единственно, что им остается, так это идти в услужение к барам. Но после разгульной жизни и вкоренившейся лени честно трудиться невмоготу".

Братья Нобель получили разрешение построить на свои средства Балаханскую железную дорогу и нефтепровод. "Вы знаете, что ЭТО значит- получить дозволение?!" - восклицал позже Людвиг Нобель. "Для этого нужно было не менее года обтирать пороги разных департаментов, снискивая благоволение разных начальников. Человеку, желающему сохранить чувство собственного достоинства и желающему действовать только во имя закона и права, это разрешение обходится дорого!"

Смелая идея заменить перевозку нефти на арбах прокладкой трубопровода была встречена открытым сопротивлением мафии, контролирующей этот прибыльный бизнес. Общественность слушала об этом с подозрением, а власть – с ожиданием народного гнева и массовых беспорядков. И вот в 1877 году, не обращая внимания на подозрительные взгляды окружающих, В.Бари начал строительство первого нефтепровода, который соединил промыслы в Балаханах с огромным нефтеперерабатывающим заводом Нобелей в Черном городе и с пристанью. Для охраны сооружения были поставлены сторожевые вышки с охраной, но они не всегда могли предотвратить расхищения чужой нефти из труб, практикующиеся и по сей день.

С целью открытия в Баку отделения Российского Технического о-ва был организован кружок техников. Приехал Д.И.Менделеев. В это время среди нефтепромышленников нет ни американцев, ни англичан. В Балаханах, по выражению газеты ""царствует" Ованнес Минасович Мирзоян, который по причине того, что тогда быть армянином было не модно, представлялся как Иван Минаевич Мирзоев. Заработав большой капитал торговлей шелковым сырьем в Нухе, он очень быстро сориентировался на нефть Баку. При откупной системе буровые колодцы были у немца А.А.Бурмейстера и у Мирзоева. Но, к удивлению окружающих, Бурмейстер проявляет удивительную расточительность - его нефтяной фонтан надлежащим образом не закрыт и нефть выливается прямо на землю, что постоянно заканчивается пожаром. Не эта ли ненемецкая черта характера и привела его в будущем к разорению и самоубийству!

Интерес к нефтяному городу растет. Привлекает не только нефть, но и исторические памятники этого края. Впечатления об этом оставлены в газете "Бакинские извести": "В 7 верстах к югу от Баку на скалистом возвышенном мысе морского берега у подножия деревни на самом краю обрывистого морского берега возвышается великая святыня мусульман –шиитов древняя мечеть Биби-Гейбат под изящным остроконечным куполом и примыкающей со стороны стройной башней минарета. Она была построена над могилой дочери имама Муссы-Казима, родственника одного из 12 шиитских имамов, укрывшейся в Баку от преследований Халифа Гарун-аль Рашида. Мечеть была построена по велению Великого Государя Фаррух- Задбин-Ахшиджана, аср-Эмир Эль Муминика (пом. правителя правоверных) в 8 веке, что совпадает с покорением Кавказа хазарами. В архитектуре мечети поражали ажурные решетки на окнах, сделанные из цельного камня. Внутри мечети над могилой были развешаны шали, зеркала и канделябры. Во дворе мечети было много надгробных камней с изящными надписями. Позже там был похоронен генерал-лейтенант русской службы Джафар Кули-Ага. Над одной из гробниц, покрытой серой скатертью, дервиш читал Коран. Удивили три железные цепи, соединенные между собой одним большим кольцом. Они были перевязаны тряпочками и шнурками разных цветов. По обычаю, мусульманин, жаждущий милостей, дает обет, что в случае исцеления или исполнения желания, принесет обещанную жертву. Метка и есть обет, которая снималась после жертвоприношения".

Губернатор Старосельский был призван на пост Начальника Главного управления Наместника на Кавказе. "Бакинские известия" писали: "При губернаторах Колюбакине и Старосельском было особенно хорошее поведение в отношении к мусульманскому населению. Это были великие администраторы и история всегда воздаст им справедливую честь". Позже его изберут почетным гражданином Баку и назовут новый бульвар Старосельским, который начинался от улицы Физули и тянулся вдоль ул. Самеда Вургуна до ул. 17-й Нагорной и включал в себя Офицерский парк. В тридцатые годы при Советской власти он был преобразован. 16 ноября 1877 года Бакинским губернатором стал немец генерал-лейтенант Валериан Михайлович Позень. А 6 декабря 1877 в городе было введено общественное управление, исполнительным органом которого являлась городская управа, состоящая из городского головы и четырех гласных. На четыре года была избрана первая Городская Дума из 72 избранников, из них - 36 мусульман.